Без "кита" – никуда: "смертельные игры" снова обвиняют в суицидах казахстанских подростков

В последние недели казахстанцев шокировали участившиеся новости о подростковых самоубийствах. Так, 12 сентября сообщалось, что 12-летняя девочка выпрыгнула с 13-го этажа. 16 сентября две девочки разбились насмерть, упав с высотки. 21 сентября подросток прыгнула с балкона многоэтажки. Ночью 22 сентября погиб 19-летний курсант Пограничной академии КНБ, также после падения с высоты. 24 сентября смертельный прыжок унес жизнь 18-летнего парня.

Пока полицейские разбираются во всех обстоятельствах, пользователи социальных сетей, как это часто бывает, делают поспешные выводы и указывают на злодея. Вернее, злодеев.

Первый подозреваемый – наследник идей "уплывшего" в небытие "синего кита", теперь известный под названием "красный дельфин". 

Второй – популярная среди подростков видеоигра.

Материал по теме

Суицид школьниц в Алматы: играли ли они в смертельные игры Откуда плавники растут Красное морское млекопитающее, пришедшее на смену своему печально известному предку, приплыло к нам из глубин Рунета. Именно на его совести, по мнению многих российских пользователей социальных сетей, жуткая бойня в челябинской школе, где 13-летний мальчик пустил в ход молоток, покалечив троих одноклассников и учителя.

Как утверждают "эксперты" по "дельфину", есть несколько ответвлений ужасающего "квеста", одно из которых поощряет самоповреждение, а остальные толкают на откровенное вредительство окружающим.

На сегодняшний день в соцсетях связанные с "дельфином" каналы успешно заблокировали. В открытом доступе есть только анти-группа пользователей, избравшая своей миссией борьбу с подозрительными чатами. Тем не менее в комментарии к этим "санитарам моря" раз за разом приходят несовершеннолетние с просьбой дать ссылку на "ту самую игру". Многие из них пишут, по собственным признаниям, из Казахстана.

Подростки – это уникальная группа людей, разъяснила клинический психолог Анастасия Абрамкина. Деструкция в данном периоде становления личности выступает частью сепарации, то есть отделения от родителей. Вдобавок для уже не малышей, но еще и не "теть и дядь" крайне важна социализация.

"Речь идет о референтных группах, а что, как ни общий квест или дело, объединяет референтные группы, правда ведь? Все эти "дельфины", "киты" – это как раз квест. Там пишут задания – ты их выполняешь. Более того, сам факт получения команд как бы снимает часть ответственности с исполнителя – это же игра, а не личная инициатива. Допустим, группа друзей ввязалась в это "развлечение". Товарищи выполнили по два-три задания, а условная девочка всего одно. Все – она уже отстает от своей группы, не на одном уровне с ними", – рассказала специалист.

Вместе с тем размышления о самоуничтожении психолог не связывает напрямую ни с какими сомнительными "увеселениями". Равно как и желание причинить вред ближнему.

"Процентов у 80 подростков возникают мысли о суициде. И есть большая разница между мыслями "в потоке" и наклонностями. Нередко за роковым прыжком на самом деле стоит чувство ненужности, а за беспорядками в школе – долговременный буллинг. Подростковый период очень сложен как для самого чада, так и для родителя. Это своеобразный кризис. Ребенок бунтует, но внутри у него такой же хаос. Самобичеванием может страдать даже выходец из благополучной семьи, не знавший побоев и унижений. Подросток нуждается в помощи родителей, но не такой, как раньше: его уже не надо кормить с ложечки и водить за ручку, но надо не дать ему упасть в пучину".

Однако и здесь важно не переборщить. Нужно разговаривать с подростком о его чувствах и переживаниях, оказывать поддержку, но не нарушать личного пространства. Не пускать происходящее на самотек, ожидая, что все как-нибудь само образуется, но и не "душить" своим авторитетом.

"Да, родитель должен интересоваться, какой контент увлекает его сына или дочь. Такой, о котором мы говорим здесь? Тогда стоит поговорить по душам, объяснить, что это такое и каковы последствия, посетить специалиста. Но контроль за потребляемой информацией – это еще не все. Иногда подростки банально нуждаются в тех словах, которые родители перестают говорить со временем. О том, что мама и папа любят его, что они им дорожат и готовы помочь, если это понадобится. Важно не дать ребенку в подростковом возрасте развить чувство ненужности. Из идей о том, что он не такой, как родители, что его не понимают, "растут ноги" множества проблем", – отметила психолог Абрамкина.

И никакие "злые" стороны не завлекут в свои "интернет-сети" ребенка с развитым чувством собственной безопасности, сформированным критическим мышлением и отсутствием необходимости искать родительскую фигуру на стороне. Человек, уверенный в том, что он не одинок, как минимум задастся вопросом: а оно мне надо?

Кругом виноватый школьник Как было сказано выше, вторым антагонистом пользователи Казнета обозначили видеоигру, а конкретно Schoolboy Runaway, которая… при ближайшем рассмотрении оказалась шуточной головоломкой с элементами стелса от российских разработчиков. Сюжет незамысловат: главного героя – двоечника-Андрея – не пускают погулять с друзьями. А ему очень хочется, ясное дело. Задача игрока – помочь школьнику выбраться из дома, не попавшись маме с папой и избежав нагоняя. Для этого придется использовать различные "разбросанные" в случайных локациях предметы и собственную изобретательность.

И да, Андрей – плохой пример для подражания. Впрочем, как и его опекуны, показанные разработчиками игры малоприятной парочкой. Думается, что создатели "пошумевшей" в родительских чатах головоломки едва ли ставили перед собой воспитательные цели. Скорее – потакали потребностям юных геймеров.

А они, судя по засилью соответствующих аркад и квестов на рынке, и раньше любили развлечения подобного жанра. Правда, прятаться предлагалось не от разозленной очередной "двойкой" матери, а от маньяков и монстров, точно так же решая загадки и прокладывая себе путь к концу игры. И неудивительно, что "близкая к телу", чисто бытовая, понятная любому нерадивому ученику ситуация обеспечила Schoolboy Runaway высокую популярность.