"Он просто ревнует": депутат высказалась о романтизации сталкинга в обществе
Она отметила, что государство уже признает сталкинг преступлением и вопросом общественной ответственности, однако в обществе до сих пор сохраняется неоднозначное восприятие этой проблемы.
По ее словам, если нет побоев или видимого физического вреда, многие по-прежнему считают, что человеку "ничего не сделали", хотя подобное преследование уже может причинять серьезный психологический вред."Однако мы понимаем: такие действия уже могут выходить за рамки закона. Сложность сталкинга заключается в столкновении двух конституционных ценностей. С одной стороны, свобода человека общаться, выражать чувства и предпринимать попытки установить контакт. С другой – право другого человека на неприкосновенность частной жизни, личную безопасность и свободу от навязчивого психологического воздействия. Именно поэтому перед нами стоит крайне непростая задача – провести четкую границу между допустимым социальным взаимодействием и противоправным преследованием. И эта дискуссия в обществе, на мой взгляд, далеко не завершена. Где заканчивается настойчивость и начинается преследование? После какого количества звонков? После какого количества сообщений? После какого количества попыток контакта после выраженного отказа? Ответы на эти вопросы невозможно полностью прописать в законе. Именно поэтому сегодня особую роль приобретают правоприменительная практика, судебное толкование и доктрина в юриспруденции", – озвучила Наталья Дементьева.Она подчеркнула, что с точки зрения криминологии сталкинг отличается от большинства преступлений, известных уголовному праву. С ее слов, обычно речь идет о конкретном событии – одном действии и определенном моменте совершения, тогда как преследование формируется постепенно и складывается из целой серии навязчивых действий.
